30 Март

Без Диалога

Когда я, как венецианский житель, устремляюсь на биеннале, прислушаться к стуку сердца современного искусства, я все же надеюсь на создание диалога между мной и объектом. Однако при посещении биеннале в этом году я вдруг осознала, что все происходящее похоже на разговор, где имеющиеся ответы не соответствуют вопросам, но они изящны и многовариантны настолько, что вопрос о вопросе откладывается.

О чем можно спросить Фабио Маури, одного из художников итальянского послевоенного авангарда? Фабио работал в смежных жанрах между театром, кино, литературой и уже в семидесятых был очень известен своими инсталляциями, перформансами (в которых участвовали его друзья Пазолини и Умберто Эко) и книгами о социальном обществе и итальянской политике. Впоследствии его основной темой стала идеология как способ бытия и ее последствия. В "Идеологии и Природе", перформансе 1973 года, представленном сегодня в Арсенале, участвуют двое – девушка в одежде Пиккола Итальяна (детская фашистская организация) и белый куб, на который в дальнейшем и складывается все идеологическое обмундирование. Одежда снимается в мягком, размеренном ритме и предъявляется зрителю с каким-то сверхосознанным тщанием. Одежда временно покоится на белом кубе и затем надевается снова – но уже в любом возможном порядке, создавая странный образ десакрализованного винегрета, без какого бы то ни было эстетического кода или надежды на функциональность. Недавно умерший автор рассказывает нам о проблеме, которая еще во время создания перформанса была решена и изжита. И лишь русский зритель может поймать себя на мысли, что Россия в этом случае легко сравнима с послевоенной Италией в своем постлагерном пространстве, где все не на своем месте, и где постоянно находятся столь важные для великого вчера фетиши, недействительные в свете новой эпистемы. А бесконечное предъявление каждого отдельного фетиша, его разглядывание и каталогизация в упорядоченной стопке создает тошнотворный процесс, где человек ограничен лишь возможностью надеть или снять тот или иной код, не обращая внимания ни на собственное тело, ни на реакцию вокруг себя.

FabioMauri1973

Итальянский национальный павильон тоже не стремится ответить на вопросы современников, а скорее предается занимательному высматриванию в прошлом художников-аутсайдеров. Швейцарка Эмма Кунц (1892-1963), с детства обладавшая телепатическими способностями, рисовала свои абстракции для использования в процессе лечения, утверждая, что они могут трансформировать негативную энергию. Француженка Августин Лесаж (1876-1954) в 1911 году услышала голоса, которые говорили, что Августин должна стать художницей. Ее многофигурные абстрактные композиции часто используют древнеегипетские темы – влияние друга-археолога. И, наконец, рисунки на черном фоне Рудольфа Штейнера (1861-1925) – философа, эзотерика и социального реформатора. Человека, верившего в создание научной базы для изучения духовного и метафизического знания. Его работы (Various blackboard drawings, 1923) более всего походят на рисунки из учебника биологии. На учебник походят и рисунки румына Штефана Берталана, который в 1930 году наблюдал за жизнью подсолнуха. Экспозиция именно таких работ, выставленных спустя более полувека на суд современного зрителя, невольно обращает внимание на самого куратора Венецианской биеннале – Массимилиано Джони, который в своих интервью не раз признавался в своем интересе к "иному виду таинственности", к оккультизму. Джони как бы невзначай задается вопросом "кто художник" и строит собственный вариант ответа с помощью не сегодня добытого материала. А значит пространство, которое Массимилиано использует для своей выставки, опять замыкается на внутреннем диалоге куратора и выставленных работ. Все это больше походит на полуночный шепот соседей по купе, где есть шанс проникнуть в чужую тайну, но совсем нет оснований быть встроенным в диалог.

ElisabettaCatalano1973

Не сегодня созданы и две основные венецианские выставки Фонда Прада и Ка Пезаро. Джермано Челант (первый куратор выставки Арте Повера) вступил в письменный диалог с Томасом Деманд и Рэмом Колхасом, на основании которого или, как в случае с Рэмом, вопреки которому (в своем диалоге с Челант тот удивлялся намерению воссоздавать старое, не привнося нового) была повторена выставка ''When Attitudes Become Form'' 1969 года. Однако имена участников выставки на сегодняшний день – далеко не имена аутсайдеров: Сол Левитт, Клас Ольденбург, Ричард Серра, Алигьеро Боэтти. Ка Пезаро представила на суд зрителя классическую выставку из собраний Илеаны Зоннабенд (1914 - 2007), в пространстве которой можно смело читать лекции по современному искусству: Роберт Раушенберг, Джаспер Джонс, Рой Лихтенштейн, Яннис Кунеллис, Джованни Ансельмо, Бернд и Хилла Бехер.

Ближе к вечеру зритель (обычно сидящий на Санта Маргарите в кругу соотечественников) страстно пересказывает все увиденное, скорее как нечто подслушанное и подсмотренное, чувствуя себя немного вуайеристом и пытаясь припомнить, на какие же такие вопросы он не получил ответов.

Евгения Черветти – куратор, арт-критик

Колонки

  • yl2
    Юрий Лейдерман
  • tutkin
    Алексей Тютькин
  • zhizn-poeta
    Жизнь поэта
  • marchenkova
    Секс.Виктория Марченкова
  • gavrilova
    Ландшафт. Софья Гаврилова
  • rada-landar
    Отрадные истории
  • ab
    Поздно ночью с А.Баевер
  • maria-fedina
    Из гроба. Мария Федина
  • vs
    VS
  • lyusya-artemeva
    Синяя Птица